четверг, 22 августа 2013 г.

Иван Шмелев. Лето Господне

Еще один ролик "вне конкурса"!

Этот буктрейлер я сделала прошедшей зимой для проекта "Книжные сезоны" Центральной городской библиотеки имени А.С. Пушкина города Каменска-Уральского (хотя сама живу в другом городе и работаю в другой библиотеке). Так уж получилось - пригласили поучаствовать.

"Лето Господне" Ивана Шмелева - одна из тех книг, которые я перечитываю снова и снова. Люблю и любуюсь, сострадаю и плачу...
В общем, смотрите.

Иван Шмелев. Лето Господне

Еще один ролик "вне конкурса"!

Этот буктрейлер я сделала прошедшей зимой для проекта "Книжные сезоны" Центральной городской библиотеки имени А.С. Пушкина города Каменска-Уральского (хотя сама живу в другом городе и работаю в другой библиотеке). Так уж получилось - пригласили поучаствовать.

"Лето Господне" Ивана Шмелева - одна из тех книг, которые я перечитываю снова и снова. Люблю и любуюсь, сострадаю и плачу...
В общем, смотрите.

вторник, 20 августа 2013 г.

Сергей Беляков. Гумилев сын Гумилева

Имя ребенка – Лев,

Матери – Анна.
В имени его – гнев,
В материнском – тишь.
Волосом он рыж,
- Голова тюльпана! –
Что ж, осанна
Маленькому царю.

Дай ему бог – вздох
И улыбку матери,
Взгляд – искателя
Жемчугов…

Рыжий львёныш
С глазами зелеными,
Страшное наследье тебе нести!

Северный Океан и Южный
И нить жемчужных
Черных четок – в твоей горсти!

- это стихотворение Марина Цветаева написала о четырехлетнем Левушке Гумилеве.


Фото Льва Гумилева, 20-е годы


О книге Сергея Белякова
Прочитав «Немцы» А. Терехова, я приступила к жизнеописанию Льва Гумилева. И знаете, из нашего обжигающего времени как будто бултыхнулась в плавное течение XIX века.
Почему не XX-го (о котором повествует книга)?
Потому что неторопливая манера повествования – прямо из пушкинской эпохи.
До этого я ничего не знала о Сергее Белякове, но с первых страниц стало ясно, что автор – историк. Так же обстоятельно и неспешно, как некогда Карамзин и Ключевский, Беляков описывает жизнь своего героя –  с многочисленными примечаниями, пояснениями, историческими справками.
Больше всего меня интересовала история взаимоотношений матери и сына – Анны Ахматовой и Льва Гумилева. Эти отношения были мучительны и больно ранили обоих. Почему? Автор осторожно и скрупулезно анализирует причины обид и конфликтов.
Анна Андреевна не была самовлюбленной эгоисткой, но целиком посвятить жизнь сыну не могла.
Доля матери – светлая пытка,
Я достойна её не была…
(Анна Ахматова)
А сын за недостаточное внимание матери ответил обидой на весь женский род.
Жизнеописание героя, абсолютно реалистичное, тем не менее, имеет некий мистический оттенок.
«Сейчас, зная биографию Гумилева, почти что выучив наизусть его книги, я не могу не задуматься над странными поворотами его судьбы. Как будто чья-то воля вела его».
Вот например, эпизод, когда арестованные Лев Гумилев и его отчим Николай Пунин под давлением чекистов признались в желании убить Сталина (за такое сразу давали смертный приговор!) – и вдруг, получив письмо Ахматовой, Сталин приказывает их отпустить…  Это фантастика.
Сам Лев Гумилев объясняет террор и ужас того времени влиянием иррациональных сил:
Над этой столицей опальной
Недаром смеется луна.
Недаром здесь бродит печальный
И алчущий дух – Сатана.  
(Л. Гумилев)
Не правда ли, напоминает роман «Мастер и Маргарита» Булгакова, написанный в то же самое время? Видно, что-то такое носилось в воздухе…
Сын овеянного романтическим ореолом Николая Гумилева и «черного ангела» (по выражению Мандельштама) Анны Ахматовой, Лев был бесстрашным воином, как его отец, и «несоветским человеком», как мать. Вот только романтики в его жизни было не так много.
Чудак, имевший привычку ходить в обносках, донжуан с редким мужским обаянием, бывалый зэк и «художник среди ученых» – это всё один и тот же Лев Гумилев (хотя его фотографии разных лет выглядят, как изображения непохожих друг на друга людей).
Беляков не идеализирует своего героя. «Скромность – не гумилевская добродетель». Лев Гумилев в воспоминаниях многое приукрашивал. Слаб человек. И всё же – такой человек, как Лев Гумилев,  который 13 лет провел в сталинских лагерях, храбро воевал, через неимоверные препятствия упорно шел к цели и достиг её – достоин удивления.
Автор достаточно глубоко анализирует научные изыскания Льва Гумилева, которые многое объясняют в сегодняшних межнациональных отношениях. Можно как угодно относиться к гумилевской теории этногенеза, но ясно, что создал её человек редкого ума и дарования.
«Дети известных людей всегда вызывают повышенный интерес, который нередко сменяется разочарованием. С молодым Львом Гумилевым было иначе. Он сравнение выдерживал».
И так всю жизнь, во всех обстоятельствах – он оставался продолжением своих родителей. Особенно отца.

Рекомендую книгу тем, кто интересуется историей, любит неторопливое и обстоятельное чтение. А особенно – влюбленным в Гумилева и Ахматову.

Сергей Беляков. Гумилев сын Гумилева

Имя ребенка – Лев,

Матери – Анна.
В имени его – гнев,
В материнском – тишь.
Волосом он рыж,
- Голова тюльпана! –
Что ж, осанна
Маленькому царю.

Дай ему бог – вздох
И улыбку матери,
Взгляд – искателя
Жемчугов…

Рыжий львёныш
С глазами зелеными,
Страшное наследье тебе нести!

Северный Океан и Южный
И нить жемчужных
Черных четок – в твоей горсти!

- это стихотворение Марина Цветаева написала о четырехлетнем Левушке Гумилеве.


Фото Льва Гумилева, 20-е годы


О книге Сергея Белякова
Прочитав «Немцы» А. Терехова, я приступила к жизнеописанию Льва Гумилева. И знаете, из нашего обжигающего времени как будто бултыхнулась в плавное течение XIX века.
Почему не XX-го (о котором повествует книга)?
Потому что неторопливая манера повествования – прямо из пушкинской эпохи.
До этого я ничего не знала о Сергее Белякове, но с первых страниц стало ясно, что автор – историк. Так же обстоятельно и неспешно, как некогда Карамзин и Ключевский, Беляков описывает жизнь своего героя –  с многочисленными примечаниями, пояснениями, историческими справками.
Больше всего меня интересовала история взаимоотношений матери и сына – Анны Ахматовой и Льва Гумилева. Эти отношения были мучительны и больно ранили обоих. Почему? Автор осторожно и скрупулезно анализирует причины обид и конфликтов.
Анна Андреевна не была самовлюбленной эгоисткой, но целиком посвятить жизнь сыну не могла.
Доля матери – светлая пытка,
Я достойна её не была…
(Анна Ахматова)
А сын за недостаточное внимание матери ответил обидой на весь женский род.
Жизнеописание героя, абсолютно реалистичное, тем не менее, имеет некий мистический оттенок.
«Сейчас, зная биографию Гумилева, почти что выучив наизусть его книги, я не могу не задуматься над странными поворотами его судьбы. Как будто чья-то воля вела его».
Вот например, эпизод, когда арестованные Лев Гумилев и его отчим Николай Пунин под давлением чекистов признались в желании убить Сталина (за такое сразу давали смертный приговор!) – и вдруг, получив письмо Ахматовой, Сталин приказывает их отпустить…  Это фантастика.
Сам Лев Гумилев объясняет террор и ужас того времени влиянием иррациональных сил:
Над этой столицей опальной
Недаром смеется луна.
Недаром здесь бродит печальный
И алчущий дух – Сатана.  
(Л. Гумилев)
Не правда ли, напоминает роман «Мастер и Маргарита» Булгакова, написанный в то же самое время? Видно, что-то такое носилось в воздухе…
Сын овеянного романтическим ореолом Николая Гумилева и «черного ангела» (по выражению Мандельштама) Анны Ахматовой, Лев был бесстрашным воином, как его отец, и «несоветским человеком», как мать. Вот только романтики в его жизни было не так много.
Чудак, имевший привычку ходить в обносках, донжуан с редким мужским обаянием, бывалый зэк и «художник среди ученых» – это всё один и тот же Лев Гумилев (хотя его фотографии разных лет выглядят, как изображения непохожих друг на друга людей).
Беляков не идеализирует своего героя. «Скромность – не гумилевская добродетель». Лев Гумилев в воспоминаниях многое приукрашивал. Слаб человек. И всё же – такой человек, как Лев Гумилев,  который 13 лет провел в сталинских лагерях, храбро воевал, через неимоверные препятствия упорно шел к цели и достиг её – достоин удивления.
Автор достаточно глубоко анализирует научные изыскания Льва Гумилева, которые многое объясняют в сегодняшних межнациональных отношениях. Можно как угодно относиться к гумилевской теории этногенеза, но ясно, что создал её человек редкого ума и дарования.
«Дети известных людей всегда вызывают повышенный интерес, который нередко сменяется разочарованием. С молодым Львом Гумилевым было иначе. Он сравнение выдерживал».
И так всю жизнь, во всех обстоятельствах – он оставался продолжением своих родителей. Особенно отца.

Рекомендую книгу тем, кто интересуется историей, любит неторопливое и обстоятельное чтение. А особенно – влюбленным в Гумилева и Ахматову.

суббота, 17 августа 2013 г.

Александр Терехов. Немцы

Начну с самого начала, вернее – с предисловия к началу.
Отмечая себя и свой город на карте Google на странице проекта «Читать не вредно – вредно не читать!», я написала над своей фотографией: «Читаю – как дышу». 
Добавлю – и дышу, как читаю. 
Что это значит?
Читая разные книги, слышу своё дыхание: то счастливо легкое, то глубокое – полной грудью, то прерывистое, напряженное, сдерживаемое до развязки – где воздух, наконец, с облегчением врывается в мои легкие.
Так вот, книгу «Немцы» я читала галопом, задыхаясь, как будто участвовала в какой-то немыслимой гонке – вместе с главным героем. 

Кто он, этот Эбергард, преуспевающий начальник пресс-службы одной из столичных префектур?
Красиво стареющий мужчина, плейбой, закоренелый взяточник, моральный урод, ломающий судьбы людей? Иногда он кажется чудовищем, на котором клейма негде поставить.
Но есть в его жизни идея фикс, пунктик помешательства – любовь к дочери Эрне, которую у него отняли. Вернее, он сам у себя отнял – растоптав свою первую (и единственную) любовь к матери Эрны.
Вот за эту любовь к дочери женская половина читающей публики  готова всё ему простить. Как прощает в конце книги его бывшая жена, прощает дочь, прощают все женщины, которые встречаются ему на пути. И в этом есть что-то неправильное.
Он ведь такой же монстр, как его начальник и другие существа, копошащиеся в этой чиновничьей клоаке. Но с другой стороны, если поближе рассмотреть, все они – как он, такие же несчастные люди, думающие, что управляют миром, а на самом деле – мир изрыгает их в геенну огненную еще при жизни.
Прочитала другие отзывы на эту книгу. Многие пеняют автору на сложный текст. И правда, не все способны продираться через этот задыхающийся синтаксис. Другие рецензенты ехидно намекают, что прототип Эбергарда – сам автор, его биография дает повод это подозревать.
Я думаю – не всё так просто. Конечно, Терехов писал о том, что хорошо знал. Но если бы он был таким, как Эбергард, он не стал бы раскрывать всю эту безобразную изнанку жизни «слуг народа».
Я эту книгу читала, как девочкой "Войну и мир" - войну пропускала, а семейную и любовную линию перечитывала бесконечно. Так и здесь: возню взяточников пролетала галопом, а любовь... Мне было интересно, удержится ли она в герое до конца книги? Удержалась. Даже перед смертью (его ведь приговорили) любовь в нем еще жива.

«Я любил тебя и тогда, когда ты была облачком, когда ты была глазастой гусеницей, ворочалась в одеяльном коконе и беззубо зевала, и теперь – когда ты стала яблонькой. Я буду любить тебя всегда. И если там, в этом черном «там», обрезающем мою жизнь лезвием «там», есть хоть что-то – я буду, на самом краешке, на самом входе, я там ничем не буду заниматься, я буду только сидеть и ждать тебя, чтобы сразу подхватить, еще на лестнице, как из рук медсестры в роддоме, чтоб ни на миг ты не успела подумать, что одна, что отца рядом нет».

Очень сильная книга. Рекомендую всем, у кого крепкие нервы.

Александр Терехов. Немцы

Начну с самого начала, вернее – с предисловия к началу.
Отмечая себя и свой город на карте Google на странице проекта «Читать не вредно – вредно не читать!», я написала над своей фотографией: «Читаю – как дышу». 
Добавлю – и дышу, как читаю. 
Что это значит?
Читая разные книги, слышу своё дыхание: то счастливо легкое, то глубокое – полной грудью, то прерывистое, напряженное, сдерживаемое до развязки – где воздух, наконец, с облегчением врывается в мои легкие.
Так вот, книгу «Немцы» я читала галопом, задыхаясь, как будто участвовала в какой-то немыслимой гонке – вместе с главным героем. 

Кто он, этот Эбергард, преуспевающий начальник пресс-службы одной из столичных префектур?
Красиво стареющий мужчина, плейбой, закоренелый взяточник, моральный урод, ломающий судьбы людей? Иногда он кажется чудовищем, на котором клейма негде поставить.
Но есть в его жизни идея фикс, пунктик помешательства – любовь к дочери Эрне, которую у него отняли. Вернее, он сам у себя отнял – растоптав свою первую (и единственную) любовь к матери Эрны.
Вот за эту любовь к дочери женская половина читающей публики  готова всё ему простить. Как прощает в конце книги его бывшая жена, прощает дочь, прощают все женщины, которые встречаются ему на пути. И в этом есть что-то неправильное.
Он ведь такой же монстр, как его начальник и другие существа, копошащиеся в этой чиновничьей клоаке. Но с другой стороны, если поближе рассмотреть, все они – как он, такие же несчастные люди, думающие, что управляют миром, а на самом деле – мир изрыгает их в геенну огненную еще при жизни.
Прочитала другие отзывы на эту книгу. Многие пеняют автору на сложный текст. И правда, не все способны продираться через этот задыхающийся синтаксис. Другие рецензенты ехидно намекают, что прототип Эбергарда – сам автор, его биография дает повод это подозревать.
Я думаю – не всё так просто. Конечно, Терехов писал о том, что хорошо знал. Но если бы он был таким, как Эбергард, он не стал бы раскрывать всю эту безобразную изнанку жизни «слуг народа».
Я эту книгу читала, как девочкой "Войну и мир" - войну пропускала, а семейную и любовную линию перечитывала бесконечно. Так и здесь: возню взяточников пролетала галопом, а любовь... Мне было интересно, удержится ли она в герое до конца книги? Удержалась. Даже перед смертью (его ведь приговорили) любовь в нем еще жива.

«Я любил тебя и тогда, когда ты была облачком, когда ты была глазастой гусеницей, ворочалась в одеяльном коконе и беззубо зевала, и теперь – когда ты стала яблонькой. Я буду любить тебя всегда. И если там, в этом черном «там», обрезающем мою жизнь лезвием «там», есть хоть что-то – я буду, на самом краешке, на самом входе, я там ничем не буду заниматься, я буду только сидеть и ждать тебя, чтобы сразу подхватить, еще на лестнице, как из рук медсестры в роддоме, чтоб ни на миг ты не успела подумать, что одна, что отца рядом нет».

Очень сильная книга. Рекомендую всем, у кого крепкие нервы.

пятница, 16 августа 2013 г.

Евгений Водолазкин. Лавр

Эту книгу я прочитала в феврале. И тогда же сделала по ней буктрейлер.

Пусть он появится здесь, так сказать, "вне конкурса".


Евгений Водолазкин. Лавр

Эту книгу я прочитала в феврале. И тогда же сделала по ней буктрейлер.

Пусть он появится здесь, так сказать, "вне конкурса".


Вот и блог пригодился...

Оставленный два года назад из-за работы на сайте http:/beloyarlib.ucoz.ru/, блог оказался мне нужен сейчас.

Работа на сайте уже не так подавляет своей огромностью, и остаётся время читать и радоваться прочитанному.

Поэтому я решила включиться в проект "Читать не вредно, вредно не читать" - каждую неделю буду читать новую книгу и писать отзывы  о своих впечатлениях.

Начну прямо сейчас (дочитываю книгу Александра Терехова "Немцы").

Вот и блог пригодился...

Оставленный два года назад из-за работы на сайте http:/beloyarlib.ucoz.ru/, блог оказался мне нужен сейчас.

Работа на сайте уже не так подавляет своей огромностью, и остаётся время читать и радоваться прочитанному.

Поэтому я решила включиться в проект "Читать не вредно, вредно не читать" - каждую неделю буду читать новую книгу и писать отзывы  о своих впечатлениях.

Начну прямо сейчас (дочитываю книгу Александра Терехова "Немцы").